Воскресенье, 21 марта 2021 15:26

Священник Дионисий Харин. Из Иерусалима в Рим: роль географического плана в повествовании книги Деяний апостольских

Статья священника Дионисия Харина — магистра богословия, преподавателя кафедры библеистики Санкт-Петербургской Духовной Академии.
Структура книги Деяний апостольских строго подчинена географическому плану. Миссия апостолов начинается в Иерусалиме, а заканчивается в Риме (Деян 1:28). Известно, что апостолы проповедовали в Египте, Индии, Аравии, Эфиопии и др. Однако ап. Лука умалчивает об этом и сообщает только об одном направлении миссии — из Иерусалима через Малую Азию в Рим. Некоторые исследователи видели в этом апологетическую цель. Можем ли мы предположить, что апостол Лука написал апологетическое сочинение для римских чиновников? Или географический план — смысловая ось совершенно иной проблемы? На наш взгляд, евангелист и дееписатель, указывая движение миссии Иерусалим — Малая Азия — Македония — Ахайия — Иерусалим — Рим, попытался отразить наиболее острую для его времени проблему принятия язычников в число наследников Нового Израиля. Миссионерские труды апостолов в направлении Иерусалим — Рим раскрыли во всей полноте трудности евангелизации язычников. А постепенное обращение язычников в христианство разрушило типичные для древнего мира представления о территориальных границах религии. Мы попытаемся доказать, что географический план, ставший основой повествования книги Деяний апостольских, позволил ее автору создать руководство для дальнейших миссионерских трудов последователей апостолов.

Рим и Иерусалим — культурные и религиозные центры мира

Иерусалим — колыбель христианства. Именно в этом городе родился и проповедовал Мессия, исполнив ветхозаветные чаяния и пророчества. Для избранного народа Иерусалим олицетворял не просто центр религиозной и культурной жизни; город Давида — город Самого Бога, центр мира. Особенным этот город стал и для тех иудеев, кто принял Иисуса Христа как своего Мессию, наследника престола Давида.

Христиане из язычников находятся в долгу перед Иерусалимом, потому что город Давида поделился с ними своими духовными дарами (Рим 15:27).

Рим — столица могущественной и великой империи. Рим олицетворял центр мира, так как край земли в то время определялся границами империи. Богом Юпитером Вечному городу было гарантировано вечное царство на земле (imperium sine fine).

В эпоху расцвета Римской империи практически во всех ее провинциях торжествовал культ Рима. «Все дороги вели в Рим». Люди стремились жить ближе к столице, а чиновники на местах всеми силами стремились выслужиться и занять столичный пост. За римское гражданство чужестранцы готовы были отдать все свое состояние.

Взаимоотношения между Римом и Иерусалимом были построены на конфликте: римские войска оккупировали столицу Иудейского царства, лишив ее навеки независимости и былой славы. В силу своей религиозной идентичности иудеи обостряли конфликт за счет личной неприязни к язычникам.

Рим как часть Божественного замысла

Из всех евангелистов только апостол Лука настойчиво вплетает историю зарождения христианства в историю Рима, связывая на богословском уровне два культурных и религиозных центра [Magruerat, 2004, 4]. Евангельская история и повествование книги Деяний апостольских разворачивается между двумя полюсами — Иерусалимом и Римом. Иерусалим — начало, а Рим — цель Божественного замысла, который реализовался в жизни и служении Иисуса Христа [Dunn, 1996, 1]. Иисус Христос рождается во время правления Августа (Лк 2:1–7), Иоанн Креститель начинает свое служение в пятнадцатый год правления Тиберия, когда Понтий Пилат был прокуратором иудеи, а Ирод — тетрахом Галилеи (Лк 3:1–3). Этот синхронизм не только отражает историографический прием автора, но и подчеркивает заинтересованность аудитории в позиционировании христианства в контексте истории Рима. Например, рождение Иисуса Христа является следствием послушания римскому декрету о переписи населения. А римские правители, в свою очередь, сами того не подозревая, стали частью Божественного замысла о рождении Мессии [Esler, 1994, 202]. На протяжении всей книги Деяний апостольских св. Лука сообщает нам о положительном отношении представителей римской власти к Иисусу Христу и его последователям. Римское государство и его граждане, таким образом, становятся частью Божественного провидения.

Подобный литературный замысел евангелиста и дееписателя Луки мог означать следующее:

Автор написал апологетическое сочинение римским чиновникам с целью убедить их признать христианскую веру;
Автор подчеркнул важность евангелизации язычников как продолжения истории израильского народа;
Автор обнаружил острую стадию конфликта между иудеями и последователями Иисуса Христа;
Автор постарался воздействовать примирительным образом на две враждующие стороны;
Автор написал практическое руководство для дальнейших миссионерских трудов последователей апостолов.
Рим и религия «чужой» страны
Сначала стоит разобраться в том, как Рим относился к религии из «чужой» страны. Имело ли это значение для самого дееписателя, или нет? Со времен Юлия Цезаря евреи были объявлены друзьями римлян. Серия декретов Юлия гарантировала евреям свободу вероисповедания и другие привилегии в ряде провинций. В Риме они могли свободно исполнять все необходимые религиозные установления. Об этом подробно сообщает Иосиф Флавий в 14-й книге «Иудейских древностей».

Декреты Юлия Цезаря поддержал Август. Со своей стороны он гарантировал дополнительные права иудеям, обладавшим римским гражданством. В 49 (50) году Клавдий изгнал евреев, «волнуемых неким Хрестом» [Гай Светоний Транквилл: Клавдий, 1993] из Рима. Но некоторая часть еврейских общин все же осталась в столице. В конце 50-х годов изгнанники вернулись в Рим. История изгнания евреев из Рима была запечатлена в книге Деяний апостольских (Деян 18:1–3). Разрушение Иерусалимского храма не стало причиной упразднения ранее утвержденных привилегий иудеев в диаспоре. В середине II в. примерная численность еврейского населения в Риме составляла 60 тысяч человек [Левинская, 2008, 282–302]. Первая христианская община в Риме была связана с иудейской синагогой. Весть о Христе в Рим пришла вместе с еврейскими торговцами и путешественниками. Ввиду многочисленности еврейской диаспоры синагоги были представлены практически во всех кварталах столицы. По всей вероятности, в одной из синагог признали Иисуса Христом (Мессией) [Moo, 1996, 9–12]. В связи с этим логично было бы предположить, что ап. Лука пишет апологетическое сочинение, подчеркивая связь христианства с иудаизмом. Религия могла быть поддержана государством лишь в том случае, если ее последователи во всем поддерживали римскую власть и укрепляли ее позиции в обществе [Бирд, 2007, 121–122]. Отношение к «чужим» богам было таким же, как и отношение к другим народам. Если местные религиозные культы обеспечивали лояльность к римской власти, то им было суждено продолжить свое существование [Koester, 1926, 348–349]. Такая религия считалась разрешенной — religio licita [Esler, 1994, 211]. С большим недоверием римские чиновники относились к религиям, где практиковались тайные собрания. Невозможность контролировать частные встречи и тайные посвящения способствовала запрету религии [Koester, 1996, 349].

Недоверие вызывали христианские собрания, и тому были веские причины:

Христианский Бог не имеет родины и национальности;
Христиане оправдывают бедность;
Последователи Иисуса признают Его единственным Царем и проповедуют Его
Царство
По мысли Мэри Бирд, эти факторы, с одной стороны, мешали христианам получить легитимность, с другой — именно они, в условиях развитой коммуникации между римскими провинциями, захватили умы большей части империи [Бирд, 2007, 632–633].

Христианство как продолжение веры отцов

Зная о претензиях государственных чиновников к христианам, ап. Лука подчеркивает, что христианство — это логическое продолжение иудейской религии. Это «вера отцов» (Деян 28:17). Дееписатель периодически ссылается на отцов Ветхого Завета: «Бог Авраама, Исаака и Иакова» (Деян 3:13); «Бог наших отцов» (5:30); «...для наших предков...» (15:10); «Бог наших отцов» (22:14); «...обещание, которое Бог дал нашим отцам» (26:6); «...Святой Дух... обратился к вашим отцам» (28:25). На «отеческие обычаи» неоднократно ссылался уважаемый иудейский историк Иосиф Флавий, который, по мнению исследователей, написал апологию истории иудейского народа для широкого круга греко-римских читателей [Esler, 1994, 215–216].

Значение Иерусалима в истории спасения человечества ап. Лука подчеркивает следующим образом:

Только у евангелиста Луки евангельская история начинается во Святая Святых — самой сердцевине религиозного культа иудеев (Лк 1:5–22);
Иисус Христос — слава народа Израиля (Лк 2:32);
Воскресший является ученикам в Иерусалиме (Лк 24:33–50);
Вознесение Иисуса Христа произошло в Иерусалиме (Деян 1:9–11);
Сошествие Святого Духа произошло в Иерусалиме (Деян 2:1–12);
Апостольский собор состоялся в Иерусалиме (Деян 15).
Постоянные ссылки и аллюзии на Ветхий Завет и соответствующая фразеология свидетельствуют о непревзойденном литературном мастерстве ап. Луки, который выступает как писатель, продолживший историю Ветхого Завета. В таком ключе история служения Иисуса Христа и миссия первых апостолов становится логическим продолжением Ветхого Завета. По мнению проф. Н. Н. Глубоковского, в писаниях ап. Луки речь идет о спасительном оживотворении вселенной благодатью Христовой, которая по своей природе не могла оставаться замкнутой в себе и обязательно должна была обнаруживать свое Божественное действие в обращении языческого мира [Глубоковский, 1999, 117].

На основании этого представляется логичной версия, согласно которой ап. Лука написал апологию христианства римским чиновникам с целью получить для христианства статус разрешенной религии.

Однако подобное заявление утопично по нескольким причинам:

Евангелие от Луки и книга Деяний апостольских написаны на греческом языке;
Адресат обоих книг — Феофил, грек по происхождению (Лк 1:1);
Основной театр действий книги Деяний апостольских — Восточное Средиземноморье: Малая Азия, Македония, Ахайя;
Проповеди ап. Павла в Риме отведена автором лишь последняя глава (Деян 28);
Древние римские и иудейские памятники не сохранили информации о том, что евреи пользовались статусом «разрешенной» религии [Koester, 1926, 349–350].
Если ап. Лука не писал апологию христианства для государственных чиновников Рима, то что он мог иметь в виду, полагая в основу своего повествования географический план «Иерусалим — Рим»? Очевидно, что движение миссии из Иерусалима в Рим является исполнением Божьего замысла: «спасение... которое Ты уготовал пред лицом всех народов, свет к просвещению язычников и славу народа Твоего Израиля» (Лк 2:29–32). Пророчество Симеона задает тон и Евангелию от Луки, и книге Деяний апостольских: оно утверждает прямо, что в план Божественного домостроительства включены как иудеи, так и язычники. Другими словами, апостол подчеркнул важность евангелизации язычников. Однако процесс обращения язычников не проходил так гладко, как этого бы хотели последователи Иисуса Христа. Что апостол хотел сказать, утверждая, что христианство — это вера отцов израильского народа?

От апологии к проблеме

Ап. Лука был спутником ап. Павла — таково наиболее простое объяснение выбора географической оси «Иерусалим — Рим». Однако автор книги Деяний не выступает сторонним наблюдателем миссии апостолов. Детально рассматривая миссионерские труды апостолов, дееписатель фиксирует очень важные детали. По мере распространения Благовестия становится очевидным, что апостолам будут чинить всяческие препоны. Основным источником раздоров выступали представители ортодоксального иудаизма. Именно они пытаются остановить миссию апостолов всеми возможными способами, а так как синагоги были представлены достаточно широко и за пределами Иерусалима, то очаги конфликта вспыхивали практически повсеместно на всем пространстве от Иерусалима до Рима включительно (Деян 4:3; 5:17–18; 6:12–13; 17:13; 21:27; 23:12; 28:24–25). И апостолам приходилось на это реагировать. Поэтому ап. Лука вооружает своего читателя наглядными историями столкновений апостолов с иудейскими партиями, в которых всегда побеждают ученики Иисуса Христа: «судите, справедливо ли пред Богом — слушать вас более, нежели Бога. Мы не можем не говорить того, что видели и слышали» (Деян 4:19–20). Практически все свои проповеди за пределами Иерусалима апостол произносил в синагогах (Деян 13:14; 17:1; 18:4). Это было совершено логичным и оправданным. Евреи присутствовали во многих городах Средиземноморского круга.

«Тот факт, — пишет Ирина Левинская, — что задолго до I века по Р. Х. евреи, причем часто в значительном числе, жили во всех регионах, упомянутых в Деяниях, хорошо документирован и сомнения не вызывает» [Левинская, 2000, 18]. Христианство за пределами Иерусалима зарождалось именно в еврейских общинах, что, в свою очередь, становилось причиной конфликтов между ортодоксальными иудеями и христианами, а позже — между иудео- и языко-христианами (Деян 15:3). Наиболее остро эта проблема прозвучала в контексте Посланий ап. Павла (к Галатам и Римлянам). Деяния лишь предвосхищают историю конфликта внутри христианских общин. В связи с этим евангелист и дееписатель старается поддерживать иудейский колорит своих писаний, использовать соответствующую фразеологию и ссылаться на тексты Священного Писания (LXX) с целью объяснить обращение язычников.

Ап. Лука напоминает своим читателям историю с пророком Илией. Обетования, данные Аврааму, наследуют народы, живущие далеко за пределами иудейской земли.

Много вдов было в Израиле во времена пророка Илии, когда три с половиной года не было дождей и по всей земле был великий голод. Но ни к одной из них не был послан Илия, а послан был к вдове в Сарепту, что близ Сидона. И прокаженных было много в Израиле при пророке Елисеи, а никто не был исцелен, один только сириец Нааман (Лк 4:25–27).
На фоне постоянных споров с евреями ап. Лука обрисовывает более благородный образ языко-христиан. Проконсул Кипра Сергий Павел уверовал словам ап. Павла (Деян 13:12). В иудейской синагоге Фессалоник ап. Павел обратил в веру «немало знатных женщин» (Деян 17:1–4). Правитель острова Мальта Публий оказывает гостеприимство ап. Павлу в своей усадьбе (Деян 28:7). А римские чиновники вообще не понимают, за что иудеи его судят (Деян 25:18). Это должно было стать сигналом для читателей, что протест иудеев беспочвенный. Миссия распространяется вопреки ожиданиям евреев, так как ею руководит Сам Бог. Если жители Иерусалима не покаются в своем прежнем отношении к Иисусу, то они подпадут под осуждение Господа и будут исключены из Божьего народа [Talbert, 2005, 40]. Отмечая положительное отношение язычников к апостолам, св. ев. Лука вовсе не идеализирует их. Прямое обращение к язычникам редко приносило желаемые результаты. Примером тому служит поклонение апп. Павлу и Варнаве как Зевсу и Гермесу в Листре. Ап. Павлу удалось едва убедить «народ не приносить им жертвы и идти каждому домой» (Деян 14:18). Выступление ап. Павла в Афинах стало примером качественно иной проповеди, свободной от иудейской фразеологии. Бог «не требует служения рук человеческих» (17:25), находится «недалеко от каждого из нас» (17:27) и Его невозможно изобразить (17:29).

Апостол явно осуждает идолопоклонство, причем прямо цитирует Эпименида: «ибо в Нем наша жизнь, бытие наше все и движенье» (17:28). Конечно, критский мудрец говорил о Зевсе, и не Иегове предназначались те алтари, что привлекли внимание христианского проповедника [Витковский, 2005, 36-37]. Таким образом, история путешествий апостолов из Иерусалима в Рим через города Восточного Средиземноморья дает читателям наглядное представление о существующих проблемах и способах их преодоления.

Новый Израиль

Через историю миссии апп. Петра и Павла дееписатель стремится донести до сознания своих читателей следующую мысль: родиной христианства является иерусалим, однако бог включил в план Своего спасения языческий мир (рим). Этот постулат был камнем преткновения как для иудеев, так и для язычников (Рим 11). В книге Деяний апостольских автор развивает идею постепенного вхождения язычников в Царство Божие. Этому способствует ряд значимых фигур, таких как апп. Павел, Варнава и Тимофей. Ап. Павел выступает как сын Авраама и гражданин Римской империи. Рос он в портовом городе Тарс. Его отец продавал палатки римским солдатам, которые шли охранять порядок на Ближнем Востоке. Образование же будущий апостол получил в ортодоксальном Иерусалиме. В его личности парадоксальным образом сошлись два города, две цивилизации: и Иерусалим, и Рим.

Двойное происхождение ап. Павла позволяет объяснить читателю следующую мысль: христианство имеет еврейское происхождение, но ищет свое место в римском обществе [Magruerat, 2004, 67]. Ап. Варнава вводится в повествование в 4-й главе книги Деяний, однако выходит на активные миссионерские труды он только с ап. Павлом (Деян 13–14). Ап. Варнава («Утешающий») — левит, родом с Кипра, по имени Иосиф (Деян 4:36). Первое миссионерское путешествие он совершит с ап. Павлом на Кипр (Деян 13). Ап. Варнава выполняет смысловую роль, является символом перехода миссии от иудеев к язычникам. Похожую роль выполняют эфиопский евнух, мученик Стефан, конечно же, Тимофей [Magruerat, 2004, 67]. Хотел ли ап. Лука, руководствуясь апологетическими принципами, воздействовать примирительным образом на враждующие между собой партии христиан из иудеев (Иерусалим) и из язычников (Рим)?

И. П. Николин считает, что желающий примирить две враждующие партии должен воздерживаться от малейшего намека на возможные раздражающие факторы какой-либо из партий. Между тем в Деяниях проводится мысль, что иудеи своим отношением к христианству давали повод к перенесению евангельского благовестия в среду язычников. Дееписатель представляет иудеев почти везде враждующими против апостолов.

И. П. Николин иронически заключает: «можно себе представить, насколько примирительно могла подействовать на иудействующих христиан книга Деяний, в которой Лука так мало щадил чувства иудео-христиан» [Николин, 1895, 167]. Поэтому книга Деяний была самым неудобным литературным средством примирения христиан из язычников и христиан из иудаизма. Следуя логике Николина, становится непонятным, почему ап. Лука в таком случае упоминает, например, историю об обрезании Тимофея (Деян 16). Ап. Луку в меньшей степени волнует вопрос примирения враждующих сторон. Благодаря гонениям Благовестие распространяется в другие уголки империи. Автор Деяний апостольских сообщает своему читателю важную мысль: «вера Христова» не имеет территориальных границ. Язычники не заняли место иудеев, и Рим не стал столицей христианской империи. Иудеи же должны перестать оглядываться на Иерусалим, так как теперь всякий верующий оправдывается не законом Моисея, но Богом.

Многие события книги Деяний апостольских в этой связи могут быть поняты как эллинами, так и иудеями. История Вознесения может быть прочитана и в рамках ветхозаветной истории (возвышение праведника), и в рамках эллинской культуры (взятие героя на небеса). Призвание язычников в Пятидесятницу соответствует библейской пророческой эсхатологии и римскому космополитизму. Подобных примеров в книге Деяний достаточное число [Magruerat, 2004, 74].

Заключение

Движение миссии из Иерусалима в Рим последовательно раскрывает разворачивающуюся на глазах апостолов драму взаимоотношений между иудеями и язычниками, где иудеи не могут примириться со свободным вхождением язычников в число наследников Израильского царства. А язычники не всегда оказываются способными принять Благовестие. Для ев. Луки именно это направление было важным по нескольким причинам. Во-первых, он был спутником ап. Павла и стал свидетелем его трудов. Во-вторых, большинство иудейских общин было представлено именно в Средиземноморском круге, по дороге в столицу империи. Практически все первые христианские Церкви были связаны с синагогами диаспоры, что порождало соответствующие распри и конфликты. В-третьих, несмотря на существование иудейских диаспор, дорога в Рим через Малую Азию, Македонию и Ахайю давала представление о разнообразных местных религиозных культах и верованиях. Труды ап. Луки представляют собой серьезную теологическую работу, которая осмысливает «веру отцов» в качественно новых границах. Св. ев. Лука повествует нам о том, что Бог совершил в Иисусе и в ранней Церкви, как спасительная благодать беспрепятственно распространялась от Иерусалима до края земли, согласно Божественному замыслу (Деян 1:8) [Моррис, 1995, 169].

Главной движущей силой было желание объяснить читателю, что христианство разрушило преграду между Иерусалимом и Римом, между Корнилием сотником и апостолом Петром раз и навсегда. Бог Израильского народа стал Богом всех людей. Универсализм Римской империи позволил ап. Луке объяснить универсализм христианства, таким образом предвосхитив историю христианской империи. Указание на «начало истории» в Иерусалиме — достаточно сильное богословское ударение. Идентичность последующих поколений (последователей Иисуса Христа) всегда будет связана с Иерусалимом. Обратим внимание на то, что даже в момент проповеди ап. Павла в Риме Иерусалим все еще олицетворяет «надежду Израиля» (Деян 28:28).

Книга Деяний показывает нам, как эта «надежда Израиля» была явлена языческому миру. Два полюса — Иерусалим и Рим, в рамках которых разворачивается повествование, представляют собой теологическую драму между христианством и иудаизмом, между язычеством и христианством [Dunn, 1996, 2].

Источник

Прочитано 35 раз

Оставить комментарий

Убедитесь, что Вы ввели всю требуемую информацию, в поля, помеченные звёздочкой (*). HTML код не допустим.

Православный календарь

Пожертвование на сайт

monobank:

5375 4141 0532 7745

ПриватБанк:

5168 7422 2907 6686

Яндекс деньги:

410011238270834

 

Посещения