Вторник, 19 января 2021 13:25

Последние времена: почему совратился Афон?

В вопросе СцУ некоторые монастыри Афона приняли сторону Фанара. Почему это произошло и могут ли сейчас афониты считаться духовным маяком для православных?

11 декабря 2020 года настоятель афонского монастыря Ватопед игумен Ефрем (Куцу) впервые в онлайн пообщался с православными верующими из России. Во время беседы, длившейся более двух часов, игумена Ефрема только однажды спросили о его позиции относительно самой актуальной проблемы сегодняшнего Православия – предоставления Константинопольским патриархатом Томоса СцУ.

По большому счету, от ответа на этот вопрос зависит верность канонической Церкви, верность Преданию и традициям Церкви, в конце концов, верность Христу. Томос уже привел к расколу в мировом Православии и проблемам межправославного общения. Кроме того, отношение к Томосу существенно влияет и на отношение православных христиан к отдельным монастырям Святой горы Афон.

Поэтому, когда вопрос о СцУ прозвучал во время беседы со старцем Ефремом, мы вправе были ожидать от него взвешенного, богословски и канонически обоснованного ответа. Тем более, что игумен Ефрем пользуется не только популярностью в православном мире как «геронда» (старец – Ред.), но и известен в качестве защитника чистоты Православия.

Однако ответ старца нас не только разочаровал, но и заставил в очередной раз задуматься над тем, можно ли считать афонских монахов безусловными духовными авторитетами и не является ли для некоторых из них верность Фанару более важной, чем верность Христу.
Афон и СцУ: ничего не можем сделать, или как менялось отношение к расколу

Так что же ответил игумен Ефрем? Отвечая на вопрос председателя братства «Сыны Афона» Александра Тузенко о смущении верующего народа позицией афонитов по поводу украинского кризиса, архимандрит заявил, что монастыри Афона делают все, что в их силах, но ничем не могут помочь для решения этой проблемы. «Здесь конфликт двух Синодов, двух Церквей: Московской и Вселенской, здесь другой уровень и мы ничем не можем помочь», – подчеркнул наместник Ватопеда.

Но так ли это? Действительно ли афониты сделали и делают все, что в их силах для того, чтобы решить проблему, возникшую между, по их мнению, «двумя Синодами»? И действительно ли украинский кризис – это всего лишь рядовой конфликт между двумя Церквами, а не преступление патриарха Варфоломея, который пытается легализовать в Церкви нерукоположенных раскольников?

«Здесь конфликт двух Синодов, двух Церквей: Московской и Вселенской, здесь другой уровень и мы ничем не можем помочь». — Игумен Ефрем о проблеме СцУ, 2020 год.

В представлении православных христиан Святая Гора Афон – это место, где живут и спасаются настоящие подвижники, истинный цвет Православия. Мнение, высказанное афонитом, часто бывает весомее слов многих архиереев, потому с самого начала эпопеи с СцУ позиция Афонских монастырей была очень важным ориентиром. Ведь афониты – истинные защитники чистоты Православия, они не способны «прогибаться» под сильных мира сего. Или ... способны? Архимандрит Ефрем всегда был примером пастыря, для которого интересы Церкви «превыше всего». Его авторитет был настолько высок, что никто не мог и заподозрить, что он может болеть «эллинской солидарностью», либо испытывать страх за свое положение.

Интересно проследить, как постепенно менялась его позиция в отношении к украинским раскольникам. Наместник монастыря Ватопед несколько раз посещал Украину, и еще три года назад считался одним из самых преданных сторонников канонической Церкви в Украине и противником раскольников из УПЦ КП и УАПЦ.

В частности, в 2015 году в одном из интервью он заявил: «Обращаюсь к украинскому народу и прошу, чтобы они держались канонической Православной Церкви, которую возглавляет Блаженнейший Митрополит Онуфрий. И я с любовью вас прошу, чтобы мы стали членами канонической Церкви. И вся Святая Гора принимает и признает только каноническую украинскую Церковь во главе с Митрополитом Онуфрием».

В декабре 2017-го игумен Ефрем обратился к нашему народу в рамках проекта «Слово к украинцам», где сказал по поводу раскола следующее: «Раскол режет, как ножницами, и тот, кто ушел в раскол, должен понять: он уже вне лона Церкви. Мы тут, на Святой Горе, очень скорбим из-за раскола украинской Церкви, который совершил Филарет. Поэтому мы просим всех наших братьев, которые ушли из канонической Церкви, обращаемся и просим, чтоб они вернулись в лоно Православной канонической Церкви».

 «Раскол режет, как ножницами, и тот, кто ушел в раскол, должен понять: он уже вне лона Церкви». — Игумен Ефрем об украинском расколе, 2017 год

Согласитесь, что эти слова невозможно трактовать как-то двусмысленно. Они четко свидетельствуют, что на то время игумен Ефрем четко стоит на позиции канонической Церкви и не готов был вступать в общение с раскольниками без их покаяния. И каким же было наше удивление, когда накануне предоставления Томоса СцУ вдруг стало известно, что наместник монастыря Ватопед прибудет на «интронизацию» Епифания Думенко.
Смена позиции: причины и следствия

 

Что же, или кто заставил авторитетного в православном мире старца сменить свою позицию?

Известно, что 17 апреля 2018 года Афонский монастырь Ватопед посетил экс-посол США в Украине Джеффри Пайетт. Там же, в Ватопеде, он провел встречу с одним из главных инициаторов признания СцУ в Элладской Церкви митрополитом Иерофеем Навпактским, после которой заявил, что «у нас была важная дискуссия о Православии во всем мире и поддержке США Вселенского патриархата».

12 октября 2018 года (то есть за несколько месяцев до признания СцУ), игумен Ефрем посетил Белый дом и Государственный департамент США. Там американские чиновники провели с ним несколько бесед, главной темой которых были «дела Вселенского патриархата, возобновление деятельности богословской школы на Халки и разрушение Турцией храмов и монастырей в Северном Кипре». Понятно, что масштаб личности игумена Ефрема не такой, чтобы вызывать его в Госдеп для разговора о Халкинской семинарии, а вот для разговора об участии в «интронизации» главы СцУ и придания ей хоть какого-то статуса – очень вероятно.

Собственно, этого почти удалось достичь – игумен Ефрем в Киев приехал. Причем, давление на него было настолько сильным, что он приехал даже после того, как Священный Кинот Святой горы Афон принял решение о том, чтобы представители монашеского братства не участвовали в «интронизации» Думенко.

И они, кстати сказать, и не участвовали, проявив некоторую долю лукавства. Игумен монастыря Ксенофонт архимандрит Алексий на мероприятии в Киеве представлял Фанар, а не Афон. А игумен Ватопеда архимандрит Ефрем… внезапно заболел. Причем, заболел так, что покинул пределы Украины и вылетел в Германию, где ему сделали операцию на сердце.

Конечно, не беремся утверждать, что болезнь старца была просто причиной не участвовать в «богослужении» с раскольниками, но именно эта мысль пришла, наверное, в голову каждого, кто следил тогда за событиями, происходящими в Украине.

Тогда, напомним, Думенко внезапно нагрянул к игумену Ватопеда в киевскую больницу, после чего заявил, что старец Ефрем «пожелал ему успешного служения в качестве предстоятеля Православной церкви Украины». Позже стало известно, что игумен Ватопеда этих слов не говорил…
Почему Афон не выступил против Фанара в вопросе СцУ?

Однако, даже без вербальной поддержки главы СцУ, поведение старца Ефрема сложно чем-то оправдать. Уже само прибытие в Киев с намерением участвовать в «предстоятельской интронизации» мирского человека без всякого священнического сана говорит само за себя. Внезапная болезнь старца, его поспешное «бегство» с Украины говорит о том, что он прекрасно понимал и понимает, что представители СцУ – это раскольники, с которыми нельзя вступать в евхаристическое общение без их предварительного покаяния. Зачем же он тогда вообще согласился участвовать в этом действе?

Канонически оправдать то, что сделал Константинопольский патриархат на территории Украины нельзя. Именно поэтому, когда его спросили об отношении к СцУ, старец Ефрем попросту ушел от ответа. Вот его слова: «Не забывайте, что официально Святая Гора входит в состав Вселенской патриархии. Я себе такой вопрос задаю – если бы кто-то из архиереев или монастырей пошли бы против Московского Патриарха, как бы в данном случае он (патриарх Варфоломей – Ред.) на это отреагировал? И мы тоже так подчиняемся Вселенской патриархии, церковно принадлежим ей, и это не значит, что мы перестали любить русских. Мы так же молимся за них, и молимся, чтобы вернулось единство».

То есть единственные причины, из-за которой игумен Ефрем занял позицию Фанара – это административная подчиненность Афона Константинопольскому патриархату и негативная реакция патриарха Варфоломея на тех, «кто пойдет против него». Но разве не должен православный христианин обличать своего брата, если тот впадет в ересь или устроит раскол, пускай даже он будет патриархом? Разве не было в истории Церкви, когда священники не соглашались с еретиками-епископами, диаконы – с еретиками-пресвитерами (вспомните диакона Афанасия Александрийского и пресвитера Ария), а простые монахи, как Максим Исповедник, – со священноначалием Церкви?

Мы знаем, что в католической Церкви есть множество приверженцев ЛГБТ и абортов. Если вдруг завтра патриарх Варфоломей окажется на тех же позициях, на Афоне тоже его поддержат, потому как там «церковно принадлежат Константинопольскому патриархату»?

И ведь это не такая уж фантастическая перспектива. Мир стремительно меняется, и то, что вчера было «невозможно», сегодня становится «возможно», а завтра – «правильно».

Мы знаем, что в католической Церкви есть множество приверженцев ЛГБТ и абортов. Если вдруг завтра патриарх Варфоломей окажется на тех же позициях, на Афоне тоже его поддержат, потому как там «церковно принадлежат Константинопольскому патриархату»?
Странная логика старца Ефрема, согласно которой гора Афон не должна выступать против беззакония главы Фанара из-за того, что находится в его юрисдикции, не находит подтверждения и в истории самого Афона. Более того, в истории монастыря, наместник которого принял, все-таки, участие в «интронизации» мирянина и нерукоположенного раскольника Епифания Думенко. Речь идет о монастыре Ксенофонт.
Как раньше относились к деятельности Фанара на Афоне?

В 1972 году патриархом Константинопольским был избран Димитрий (Пападопулос), который решил продолжить экуменическую и прокатолическую политику своего предшественника, патриарха Афинагора. Против такой политики выступили насельники монастырей Святой горы Афон, для которых истина была дороже благополучия и «хороших отношений» с Фанаром.

В итоге Константинопольский патриархат принял решение удалить со Святой Горы игумена монастыря Эсфигмену архимандрита Афанасия и еще трех монахов эсфигменского братства. В 1974 г. последовало решение о лишении сана архимандрита Афанасия, повлекшее бурную реакцию святогорского монашества. Был также смещен игумен монастыря Святого Павла архимандрит Андрей.

Около четырехсот монахов подписали петицию, в которой выражался протест против подобного рода действий. Все эти игумены и монахи приняли решение о том, чтобы прекратить поминовение имени главы Фанара во время Литургии.

Позже, из-за репрессивных мер, некоторые из прервавших поминовение патриарха игуменов вновь стали его поминать. Однако игумен монастыря Ксенофонт Евдоким, 49 лет подвизавшийся в этом обители, а в течение последних 22 лет бывший ее наместником, патриарха не поминал. Дальше цитируем «Новый Афонский патерик»:

«Тогда к нему приехали представители вселенского патриарха под председательством митрополита Ставрупольского Максима. После того как отец Евдоким объяснил причины, по которым он прекратил поминовение патриарха, председатель комиссии спросил его:

– Святый игумене, сколько у тебя в монастыре монахов?

– Каких именно монахов? – спросил отец Евдоким. – Едоков или работяг?

– Как ты смеешь так разговаривать?! – неожиданно разгневавшись, воскликнул владыка. – Ты что, не знаешь, что палку, которую ты держишь, я могу у тебя отобрать?!

– На, владыко, забери её, – смиренно ответил отец Евдоким и отдал митрополиту игуменский жезл. – Я пришёл сюда не для того, чтобы стать игуменом, а спасать свою душу.

Так 10 марта 1974 года патриаршим решением отец Евдоким был лишён игуменства. Впоследствии губернатор Афонской Горы господин Криекукиас в своём распоряжении предписал "игумену монастыря Ксенофонт Евдокиму удалиться из Ксенофонтской обители, так как он продолжает занимать то же самое духовное положение».

– Ты что, не знаешь, что палку, которую ты держишь, я могу у тебя отобрать?!

– На, владыко, забери её, – смиренно ответил отец Евдоким и отдал митрополиту игуменский жезл. – Я пришёл сюда не для того, чтобы стать игуменом, а спасать свою душу. — Новый Афонский патерик.

Игумен Евдоким умер в 1990 году. Единственным монастырем, который принял его, стал монастырь Дохиар. Старец смирился и отошел ко Господу в презрении и унижении. Его погребение возглавил приглашённый игумен монастыря Ксенофонт Алексий (да-да, тот самый, который в 2018 году приехал в Киев на «интронизацию» Думенко). На следующий день после кончины отца Евдокима пришло его прощение от Фанара...

Однако и после старца Евдокима на Афоне были монахи, которые обличали деятельность прокатолически настроенного Фанара. Например, в 1984 году собор двадцати Святогорских монастырей сделал следующее заявление: «Уже в течение нескольких лет нас не покидает чувство глубокого беспокойства по поводу своего рода предательства, которое мы замечаем со стороны некоторых автокефальных Поместных Православных Церквей, так же как и со стороны отдельных иерархов... Если те, кто сошел с пути истинного, не исправятся, мы будем вынуждены принять официальное решение по этому вопросу» (Ορθοδοξοφ τυποξ, №595 от 24.02.1984).

«Если те, кто сошел с пути истинного, не исправятся, мы будем вынуждены принять официальное решение по этому вопросу». — Заявление афонских монахов в адрес филокатоликов.

После встречи патриарха Димитрия и папы римского Иоанна Павла ІІ Святая Гора направила игумена Кутлумушского монастыря Христодула, игумена монастыря Иверон Василия и игумена монастыря Григориат Григория в качестве своих представителей в Стамбул, чтобы выразить протест против этой встречи и намечающегося «диалога» между Римом и Фанаром.

На этом фоне слова игумена Ефрема о том, что «мы в юрисдикции Константинопольского патриахата» и «ничем не можем помочь», выглядят очень беспомощно и странно. Что же случилось с Афоном?
Иерарх ЭПЦ: Афон перестал быть «волнорезом ересей»

 

Для того, чтобы получить ответ на этот вопрос, обратимся к публикации митрополита Пирейского Элладской Православной Церкви Серафима, который в прошлом сам был насельником Святой Горы, а сегодня является духовным авторитетом для большинства христиан Греции.

В своей статье, посвященной критике брошюрки монаха Никиты из Пантократора, поддержавшего СцУ и Фанар, митрополит Серафим отмечает, что «серьезная духовная деградация и ниспадение сегодняшней горы Афон уже стали обычными печальными выводами для многих духовных людей и известных личностей, которые следят за событиями на горе Афон и общим присутствием монахов Афона в современном церковном мире».

Владыка подчеркнул, что за почти десятилетие своего пребывания на Святой Горе он познакомился со многими подвижниками благочестия, которые могут быть примером для христиан. Однако «с душевной болью мы обнаруживаем, что, к сожалению, современная гора Афон, некогда оплот Православия, волнорез ересей, даровавший миру целый ряд святых, подвижников и исповедников веры, не имеет ничего общего с Афоном нашей юности, существовавшим около 35 лет назад».

Митрополит Серафим пишет, что «сегодня мы видим Афон, духовно неузнаваемый, напуганный и порабощенный своей церковной властью, готовый подчиниться приказам Фанара, даже если во многих случаях они не соответствуют истине… Мы видим Святую Гору без пульса и жизненной силы… Святую Гору, которая колеблется между ересью и православием, неспособной сформулировать богословский дискурс, неспособной выступить против ереси и тех, кто ее продвигает, откуда бы они ни исходили».

С душевной болью мы обнаруживаем, что, к сожалению, современная гора Афон, некогда оплот Православия, волнорез ересей, даровавший миру целый ряд святых, подвижников и исповедников веры, не имеет ничего общего с Афоном нашей юности, существовавшим около 35 лет назад. — Митрополит Пирейский Серафим.

Владыка отметил, что данные выводы не касаются всех монастырей Афона, потому что среди них есть монастыри Григориат, Каракалл, Констамонит и Филофей, «а также несколько монахов в скитах и кельях», которые сопротивляются беззаконию Фанара, но, в общем и целом, картина довольно печальная…

Эти слова митрополита Элладской Церкви для многих из православных христиан станут шокирующей правдой о том, что «не все то золото, что блестит». Всегда, во все времена, Церковь призывала христиан к трезвению, под которым подразумевается и умение делать правильные выводы. В нашей ситуации это означает, что если некоторые представители Афона, вместо служения Истине и Христу избрали служение Фанару, то они не могут быть руководителями и примером в духовной жизни.

Эти люди неспособны оправдать свою позицию церковными канонами, потому что действуют исключительно в силу либо человекоугодия, либо страха – за свою жизнь, репутацию, страха прогневать главу Фанара и потерять игуменское седалище, либо место в монастыре. А если монах боится обличать еретика и раскольника, то какой совет в отношении духовной жизни он может дать? Никакого.

Но история знает и другие примеры, когда монахи Афона стояли в Истине и были готовы понести тяготы и лишения, лишь бы не потерять Христа. Надеемся, что и сегодня на Святой Горе найдутся такие подвижники, которые поднимут свой голос в защиту Церкви. Потому что иное развитие событий себе даже трудно представить…

Источник

Прочитано 70 раз

Оставить комментарий

Убедитесь, что Вы ввели всю требуемую информацию, в поля, помеченные звёздочкой (*). HTML код не допустим.

Православный календарь

Пожертвование на сайт

monobank:

5375 4141 0532 7745

ПриватБанк:

5168 7422 2907 6686

Яндекс деньги:

410011238270834

 

Посещения